НИКАКОЙ МОНОПОЛИЗАЦИИ БИЗНЕСА

- В 2009 году Altimo договорилась с норвежской Telenor о слиянии "Вымпелкома" с украинским "Киевстаром", сделка одобрена правительством. Но готовится также консолидация 69 процентов "Мегафона" в СП Altimo и TeliaSonera. В январе вы говорили, что приветствовали бы выход Altimo из одного из этих операторов. Рассматривается ли уже вторая сделка?

- Пока идет только аналитическая работа. По сделке с "Вымпелкомом" у нас претензий нет: конкуренция на рынке достаточно высока. Кроме того, "Вымпелком" получает от нас предписания и выполняет их. Ходатайства по второй сделке нет. И решение будет зависеть от того, каким будет соглашение Altimo и TeliaSonera по совместному управлению "Мегафоном". Мы же, исполняя наше законодательство, постараемся не допустить соглашений, которые привели бы к монополизации бизнеса.

- А если будет максимальный вариант, Altimo получит возможность существенного влияния на "Мегафон"?

- Если речь пойдет о возможности прямого контроля, мы обязаны будем запретить такую сделку.

- Как ФАС относится к будущей передаче авиаактивов "Ростехнологий" под контроль "Аэрофлота", обсуждается ли эта сделка?

- Пока ходатайства нет. Но я рассматриваю эту сделку как возможную, но с жестким предписанием. Мы будем требовать от минтранса и самого "Аэрофлота", чтобы на его линиях появились конкуренты – с долей не меньше 50 процентов. Но регулирования тарифов не будет. Планируем провести с министром транспорта Игорем Левитиным совещание на эту тему в течение ближайших двух недель.

- РЖД готовится передать оставшийся парк вагонов новой "дочке" – Второй грузовой компании, но на рынке уже есть Первая грузовая компания, по сути ничего не меняется. Мало кто верит, что РЖД оставит "дочек" без поддержки…

- Поэтому контрольный пакет во Второй грузовой компании нужно продать. Мы это обсуждаем. Это наша позиция, и минтранс с ней в целом согласен. У вице-премьера Игоря Шувалова в марте состоится совещание, на котором во всех деталях обсудим этот вопрос. Наша позиция – как только будет пройден этап обособления и предпродажной подготовки, нужно продавать. Это может случиться уже в течение этого года. Как только Вторая станет частной, пойдет процесс консолидации среди операторов –  уже сейчас примерно 20 достаточно крупных частных операторских компаний. В итоге останутся по меньшей мере три крупных оператора и около 100 мелких в различных сегментах. На что, как я думаю, уйдет около пяти лет.

ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ РЕКЛАМА ХУЛИГАНСКОЙ

- Недавно УФАС Татарстана вынесло предписание ТНТ по поводу скрытой рекламы в шоу "Дом-2". А в стране масса такой рекламы. Нам ждать волны подобных дел?

- Наши татарстанские коллеги подняли проблему очень правильно. Никаких массовых кампаний мы по этому вопросу не планируем, но в целом проблема нуждается в решении. Пока судебных прецедентов было несколько и по очень мелким делам. Поэтому, на мой взгляд, нужно четко прописать в законе ограничения на скрытую рекламу — если демонстрация какого-либо товара прямо не связана с сюжетом, она должна быть запрещена. С другой стороны, эти нормы в законодательстве нужно прописать максимально аккуратно. Иначе в кино у нас гражданин будет встречаться с девушкой в пустой комнате, потому что мебель определенной фирмы, напитки такой-то фирмы…

- А кто будет определять, есть ли злоупотребление или нет?

- Ну, есть же опыт с определением, является реклама хулиганской или нет. Еще три года назад это предложено было решать экспертному совету при ФАС, а чиновники только решения подписывают.

- Со следующего года долю "Видео интернешнл" ограничили 35 процентами. А какие вообще были претензии у ФАС к ней?

- "Видео интернешнл" за последние три года прошла вместе с нами большой и позитивный путь. Начинали мы с того, что не были понятны ни ее доходы, ни тарифы, ни ценообразование, при том что компания имела тесные связи с руководством всех основных каналов. Чтобы избежать всех картельных историй, мы попросили "Видео интернешнл" открыться. И они реально пошли на медиааудит. То есть все поняли, как образуются тарифы, увидели издержки — и в этом смысле все было хорошо. В прошлом году был принят федеральный закон, который установил, что в телевизионной рекламе ни у кого не может быть доли более 35 процентов. Эта мера, безусловно, правильная. Ранее подобная мера была введена законодателями для наружной рекламы, похожая мера — для торговых сетей. Хорошо было бы ввести такую же норму для нефтяных компаний в отношении их бензоколонок в регионах.

НЕТ – ЭКОНОМИЧЕСКОМУ СЕПАРАТИЗМУ РЕГИОНОВ

- С июля заработает новое ограничение закона о торговле: торговые сети не смогут занимать больше 25 процентов рынка в пределах муниципалитета. Успеет ли Росстат представить данные для расчетов?

- У Росстата поручение к 1 июля это сделать от вице-премьера Виктора Зубкова. И ничего в этом сложного нет. В крайнем случае, мы ведь с вами можем прийти в муниципалитет и сказать его главе: "Товарищ Коровин, скажите, пожалуйста, сколько у вас торговых точек?" Допустим, он отвечает: 501. "Пожалуйста, отправьте 501 запрос, чтобы они сказали, какой у них был торговый оборот в денежном и натуральном выражении". При необходимости можно и выборочно проверить. Получили данные, сложили, рассчитали долю каждой компании. Поэтому особых проблем нет. Сотрудники Росстата ведь не должны самостоятельно посетить все конвейеры и отследить, сколько куриных окорочков проходит по ним ежедневно.

- А если у предпринимателя пять небольших магазинов или ларьков в пределах муниципалитета и уже получается больше 25 процентов?

- В законе есть четкое определение торговой сети, определение бренда. Не попадают маленькие магазинчики или ларьки под эти определения, поэтому все будет хорошо.

- Будут ли поправки в закон о торговле?

- Закон и так неплохой. Разве плохо, что там установлены ясные и четкие запреты на экономический сепаратизм? Там прямо сказано: нельзя одному региону не пускать товары из другого, что у нас очень развито. То же и с бонусами за выгодное место товара на полке. К чему ведет система бонусов? Цена идет вверх. А, например, американский Wal-Mart работает по системе скидок. И с производителей они спрашивают не бонус, а скидку к цене. При этом цена в рознице, конечно, идет вниз.

- Есть инициатива депутата Владислава Резника снизить ставку по субординированным кредитам для Сбербанка. Нет ли тут дискриминации остальных банков, которые получают субборды по ставке 8 процентов и выше?

- Я испытываю чувство гордости за наш Центральный банк, который уже сказал, что нельзя нарушать закон о конкуренции. Это значит, что наш закон работает. А если бы ЦБ не выступил, мы бы сами напомнили, что в законе о конкуренции есть глава о государственных преференциях.

АКЦИИ КАМАЗА ПОДСКОЧИЛИ НА 25%

- На днях президент Дмитрий Медведев поручил разобраться в жалобе директора компании "Триумвират" Сергея Габестро: он сказал, что вы ограничиваете конкуренцию при отборе электронных площадок, ведь назвали будущих победителей до объявления результатов отбора…

- Вы наберите в поисковике и узнаете, что про нас про всех обычно пишут… У нас же есть не только друзья. По-видимому, в данном случае речь идет о введенном в заблуждение человеке. Суть же такова: 19 января правительственная комиссия подвела итоги конкурса по отбору электронных площадок, а моя пресс-конференция прошла 26 января.

- Еще одна была странная история с искажением ваших слов про ходатайство Daimler на покупку акций КАМАЗа – до состоявшейся недавно сделки. Его акции тогда подскочили на 25 процентов. Кто-то разбирался с этим?

- Из ФСФР пришел запрос через два дня. И это правильно. Я давал письменные объяснения. К счастью, у нас была пленка с записью моих слов, и мы ее, конечно же, передали, после чего никаких претензий, разумеется, не было. Это действительно было искажение моих слов.

- Вы в первый раз показания давали?

- Да нет, я помню, в детстве меня в милицию забирали.

- Высшая школа экономики написала доклад, в котором указала, что нынешняя система контроля за госзакупками направлена на соблюдение процедур, но не способна победить коррупцию. Согласны с критикой?

- В госзакупках существуют три основные стадии: планирование закупок и определение стартовой цены, процедура торгов и контроль за ней, исполнение контрактов. Мы отвечаем только за вторую стадию, а первую и третью регулируют Бюджетный и Гражданский кодексы. Это не значит, что мы не подаем свои предложения в эти документы, но не ФАС в их отработке принадлежит ключевая роль. Что касается коррупции, то, конечно, никакая даже самая распрекрасная процедура ее не победит. Коррупция – системный вопрос.

ЗАРАБОТАЮТ ПЯТЬ ЭЛЕКТРОННЫХ ПЛОЩАДОК

- С середины года должны заработать пять электронных площадок, и все аукционы федеральных заказчиков перейдут на них. Какого эффекта ожидаете, успеют ли площадки заработать в этом году?

- Ожидаем увеличения экономии бюджетных средств на электронных торгах в два раза, т. е. примерно до 400 - 500 миллиардов рублей в год. Но, поскольку это дело новое, в этом году будут еще и сбои, и затруднения в их работе.

- Почему не удалось распространить закон о госзаказе на закупки госкорпорации и госмонополий?

- Мы потерпели поражение в этом споре. У монополистов оказалось слишком много защитников. Однако движение в сторону того, чтобы обязать монополистов раскрывать свои торги, есть, и это хорошо.

- Готовятся поправки в закон о стратегических предприятиях. Их список наконец сократится?

- Механического сокращения не будет. Но будут четыре-пять поправок, которые исключат расширительное толкование некоторых норм. Например, все банки используют криптографию. А в законе есть запрет на любые сделки иностранных инвесторов без одобрения правительственной комиссии, если компания использует криптографическое шифровальное оборудование. Соответственно, все банки должны были проходить через комиссию, если бы сама комиссия сразу же не отрегулировала эту ситуацию. Такого быть не должно. Еще на комиссию вдруг однажды попал завод по производству сыров – одна из его лицензий называется "Право на работу с особо опасными возбудителями инфекционных заболеваний" (речь шла о молочнокислых бактериях). То есть все сыроделы по стране могут формально попасть под этот закон. И теперь нужна градация для подобных лицензий, нужно выделить те предприятия, которые действительно занимаются опасными бактериями, к которым, конечно, сыроделы не относятся. То же самое с радиоактивными веществами – они есть даже в рентгеновских аппаратах. И сейчас есть поручение – нам, Росатому и министерству экономики – подготовить формулировку, которая установила бы определенный предел, например, в мощности излучения, чтобы подпадали под закон только серьезные промышленные установки. Не нужно также будет получать специальные согласования на покупку акций из допэмиссии, если у акционеров остаются те же доли.

- А как быть с владельцами газо- и нефтепроводов? У нас по всей стране есть предприятия с небольшими трубами. Они так и останутся стратегическими? Ведь есть уже один известный пример: кипрская Onexim Михаила Прохорова, которая не стала выполнять оферту миноритариям ТГК-4, сославшись на то, что нужно решение правительства, потому что у ТГК есть труба в Рязанской области.

- Это инфраструктура естественных монополий, никуда не денешься. Я не знаю, как это можно прописать в законе, не длину же ограничивать – один километр или метр. Можно разбираться только с единичными случаями – например, с той же ТГК. Но мы постараемся ко второму чтению поправок в 57-ФЗ учесть эту ситуацию.

ТРИ ФОРМУЛЫ СПРАВЕДЛИВЫХ ЦЕН НА НЕФТЕПРОДУКТЫ

- В 2008 году у ФАС были две громкие инициативы, которые касались Газпрома, – правила недискриминационного доступа к газопроводам и поправки в закон об экспорте газа. Тогда вы были оптимистичны. Но обе инициативы не прошли. Как так получилось?

- Мы внесли эти документы в правительство в июле – августе 2008 года, а в сентябре разразился кризис. И руководство Газпрома убедило председателя правительства, что эксперименты такого рода проводить не надо.

- Когда же появятся правила доступа к трубе?

- Сейчас есть поручение вице-премьера Игоря Сечина, мы перерабатываем текст. В марте закончим работу и снова внесем в правительство, а дальше будет решать премьер-министр.

- Проработка концептуальная?

- Нет, скорее формальная.

- То есть приоритет в доступе – после ЖКХ и экспортных контрактов – будет у попутного нефтяного газа. А "дочки" Газпрома на общих основаниях, как и все?

- Не совсем. "Дочки" Газпрома, которые имеют долгосрочные договоры, будут иметь приоритет, потому что заключенные договоры нужно исполнять.

- А если у независимых производителей такие контракты?

- Они смогут претендовать на то место, которое остается в трубе. Но отказать им будет нельзя, если место есть.

- А поправки в закон об экспорте газа – что с ними? Были же идеи у ФАС и минэкономразвития обязать "Газпром" покупать часть газа независимых производителей по экспортной цене или, к примеру, использовать его как комиссионера?

- Ввести право для всех компаний экспортировать газ не получается – это уже состоявшееся законодательное решение. Но если принять правила недискриминационного доступа для тех же нефтяников, то появится возможность продавать газ "Газпрому" по справедливой цене. Принят второй антимонопольный пакет (поправки в закон "О защите конкуренции"), а в нем – четыре абзаца про правила недискриминационного доступа. И они не допускают ценовую дискриминацию.

- По доступу к нефте- и нефтепродуктопроводам. В вашем проекте постановления есть интересный приоритет для "Транснефти": первым, как и раньше, в трубу идет сырье для госнужд и по долгосрочным экспортным контрактам, а потом приоритет у нефти для российских НПЗ. То есть короткие контракты на экспорт – на втором плане. Почему так?

- Надо стимулировать рынок к заключению долгосрочных контрактов. Чем более длинный договор, тем большая стабильность для всей экономики.

- ФАС внесла в правительство три формулы для расчета справедливых цен на нефтепродукты – на основе чистой экспортной цены (net back). Когда будут позиции других министерств и когда заработает формула?

- До конца первого квартала должен появиться единый поход. А сама формула – когда наши начальники в правительстве примут решения. Думаю, что в первом полугодии появится решение. Пока все очень неопределенно. Мы говорим, что цена на внутреннем рынке завышена относительно net back примерно на 15-20%. Коллеги из минэнерго предлагают разрешить такое же отклонение в цене, а что касается представителей министерства экономики, то они говорят правильные вещи: колебания самого net back в мире – это 5 процентов. Мы еще раз посмотрим их расчеты, и, если увидим, что net back колеблется в таких пределах, такое отклонение можно признать допустимым. Но больше 5 процентов не надо.

- Как эта формула будет применяться – это ориентир, чтобы ФАС потом определяла, завышается ли цена нефтепродуктов или нет?

- Нефтяники говорят: что такое монопольно высокая цена в нашей отрасли? Мы и так это всегда знали – считали от мировых цен. Но, если нужна формула, она будет. А применяться будет очень просто. Мы, ФАС, скажем: "Дорогие друзья, расчетная цена — предельная, если ваша цена ниже, то вопросов нет, а если выше – сразу будем разбираться".

- А какой период должна держаться такая цена, чтобы ФАС могла применить штраф?

- Мы считаем, что не меньше трех месяцев – примерно такой срок от нас сейчас требуют суды в качестве доказательства завышения цен. Пока мы не будем жестко его фиксировать. Но, в принципе, рано или поздно мы хотим прийти к двухнедельному сроку. Сейчас к двум неделям никто не готов.