ПРОТИВ ТЕЧЕНИЯ

21 октября директор школы «СОлНЦе» Павел Шмаков, как и сотни других коллег, получил прокурорское представление «об устранении нарушений требований законодательства об образовании при утверждении учебных планов». Нарушения, естественно, касались включения в учебный план предметов «Татарский язык» и «Татарская литература». По версии прокуратуры, учебный план школы Шмакова не был согласован с родителями — согласия на изучение татарского они не давали. Заместитель прокурора Вахитовского района Елена Гавриленко потребовала, кроме устранения нарушений, привлечь к ответственности виновных.

Этому представлению Шмаков был весьма удивлен. По его словам, никакой прокурорской проверки в школе и не было. «Они нашего плана не видели. К нам в школу не приходили. Просто они, как и многие, работают плохо», — говорил он. Кроме того, по словам директора, учебный план школы на момент прокурорского предписания не был согласован с местным управлением образования.

После этого Шмаков был приглашен на совещание, где сотрудники прокуратуры, по его словам, объясняли, как можно законно увольнять учителей татарского. Шмаков же заявил, что никого не собирается увольнять. В итоге, по его словам, ему вынесли требование явиться в надзорный орган и принести учебный план, а также положение о языках образования. Именно это требование и оспаривается сейчас в суде — Шмаков требует признать его незаконным.

Как бы то ни было, прокуратура провела в школе проверку, по итогам которой на директора завели административное дело. Поводом для проверки якобы стала жалоба одного из родителей учеников на проведенную «пижамную вечеринку». В итоге контролирующий орган запросил у директора школы ряд документов, в числе которых устав школы, санитарно-эпидемиологическое заключение, расписание занятий, учебный план и список учащихся класса 6а. Однако Шмаков ответил отказом, на что ему пригрозили реальным наказанием. «Возможные исходы: либо штраф, либо дисквалификация на полгода, либо закрытие школы до 90 дней», — рассказал он «БИЗНЕС Online».

Обо всем об этом директор тут же сообщил в социальных сетях и призвал всех неравнодушных помочь школе юридически, принять участие в заседании суда и привлечь внимание общественности.

У входа в здание суда собралась толпа старшеклассников. Поначалу строгая охрана не хотела впускать подростков, и они грустно наблюдали за проходящими мимо турникета участниками процессаФото: Елена Галеева

ТОЛПА ШКОЛЬНИКОВ И ЗАЩИТНИКИ ТАТАРСКОГО

Накануне в Вахитовском районном суде началось рассмотрение иска Шмакова против требования прокуратуры убрать из учебного плана обязательный татарский язык. Отметим, что вчера на заседании Госсовета РТ прокурор РТ Илдус Нафиковвыделил  школу Шмакова как единственную непокорившуюся: «Контрольные проверки, проведенные в первую неделю второй четверти, показали, что, за исключением одной образовательной организации Казани, во всех школах республики меры по устранению выявленных нарушений были приняты». Так что интерес к рассматриваемому делу был особенно высок. К назначенному времени у входа в здание суда собралась толпа старшеклассников. Поначалу строгая охрана не хотела впускать подростков, и они грустно наблюдали за проходящими мимо турникета участниками процесса. Все-таки смягчившись, приставы попросили у детей паспорта, заметив, что заходить им в сам зал заседаний будет запрещено.

На третьем этаже, где должно было начаться рассмотрение дела, уже собрались около 50 человек: родители школьников, учителя, журналисты и представители татарской общественности в тюбетейках. «Конечно, я доволен тем, сколько народу пришло, — отметил Шмаков в беседе с корреспондентом „БИЗНЕС Online“. — Поэтому и какие-то положительные решения могут быть вынесены. Если это людям надо, то это будет действовать».

Тем временем из зала заседания судьи Евгении Зыбуновой вышла секретарь. «Мы просим перенести заседание в большой зал», — обратился к ней один из защитников татарского языка. «Я вам делаю замечание. Ведите себя спокойно», — отреагировал судебный пристав, следивший за процессом. Секретарь позвала всех участников процесса в зал, затем запустила журналистов, и свободных мест не осталось. Так что большинство активистов, школьников и родителей остались за закрытыми дверями. «Почему нельзя перенести в более большой зал?» — обратился к судье Шмаков. «В суде одновременно проходит большое количество судебных заседаний, — ответила Зыбунова. — Поскольку данное дело рассматривается в порядке, предусмотренном кодексом административного судопроизводства, у нас производится аудиопротоколирование, которое автоматически переносится на компьютер. Иные залы соответствующим оборудованием не оснащены».

Призывы Павла Шмакова в социальных сетях и на родительских собраниях оказались продуктивными — в суд пришли около 50 человек, среди которых были учителя, дети, родители и защитники татарского языкаФото: Елена Галеева

Юрист «СОлНЦа», один из родителей Рамиль Саитов, ходатайствовал о применении мер предварительной защиты по административному иску, а именно — полностью приостановить действия заместителя прокурора Вахитовского района Гавриленко (выступает ответчиком) по судебному делу. Саитов настаивал, что после того как школой был подан административный иск, прокуратура продолжала истребовать документы, задействованные в деле, несмотря на то, что эти полномочия оспариваются. «В случае непринятия мер предварительной защиты могут быть нарушены права свободы интересов истца. Требования оспариваются, а прокуратура продолжает действовать в том же духе, поэтому полагаем, что только судебный акт может остановить эти действия». Сама Гавриленко ходатайство школы не поддержала, заметив лишь, что решение по делу еще не принято. После получаса в совещательной комнате судья встала на сторону прокуратуры, отказав «СОлНЦу» в ходатайстве.

«ПРОКУРАТУРА СДЕЛАЛА МНОГО ОШИБОК»

В целом заседание проходило в спокойном тоне. Как оказалось, прокуратура до сих пор не предоставила истцу возражения в письменном виде. Получив требуемые документы, Саитов тут же попросил отложить судебное заседание, чтобы ознакомиться с новой информацией. Судья предложила выслушать обе стороны, после чего уже отложить дело. Стало понятно, что за один день судьбу школы не решат, но, по крайней мере, можно будет выслушать мнения сторон.

Как оказалось, прокуратура до сих пор не предоставила истцу возражения в письменном видеФото: Елена Галеева

«Нарушены права истца — школы „СОлНЦе“ на осуществление хозяйственной деятельности без вмешательства органов прокуратуры, без отсутствия на это законных оснований», — доказывал позицию школы юрист. Он еще раз сказал о позиции истца: требования прокуратуры были незаконны, а документы — учебные планы и расписание занятий по всем классам — прокуратура требует с целью обоснования ранее уже проведенной ими проверки.

Гавриленко напомнила, что органы прокуратуры вправе контролировать деятельность организации, проводить проверки и истребовать документы. Понятия проверки в федеральном законе о прокуратуре, по словам Гавриленко, не дается, поэтому контролирующий орган сам определяет методику их проведения. Тем не менее она признала, что прокуратура не имеет права требовать документы, находящиеся в открытом доступе.

Далее она представила свою версию происходящего. По ее словам, проверка началась в связи с требованием генеральной прокуратуры РФ во исполнение поручения президента России. «Поскольку к нам поступило постановление генеральной прокуратуры, прокуратуры Республики Татарстан, мы его не выполнить не имеем права», — обратила внимание Гавриленко. Поэтому местные контролирующие органы провели анализ документов учебных программ и расписаний, вывешенных на официальных сайтах общеобразовательных учреждений, в том числе «СОлНЦа». «Никакого взаимодействия со школой  у нас не было, мы анализировали сайты, — уверяла Гавриленко, пытаясь оспорить главный довод школы о том, что проверки на самом деле не было. — Произошла буквально техническая ошибка, потому что был проверен только сайт». Впоследствии, когда помощник Гавриленко снова вышла на сайт, обнаружила, что учебные программы на сайте отсутствуют. «Что, кстати, является нарушением статьи 28 Федерального закона „Об образовании“, — подчеркнула Гавриленко. Поэтому в школу направили требования о предоставлении документов.

Шмаков вышел из зала гордым и непобежденным. Восторженные ученики начали аплодировать своему директору, как только он появился в коридореФото: Елена Галеева

«Плана на сайте не было», — настаивал Шмаков и, как оказалось, даже в какой-то степени «сломил» прокурора. «Это не является предметом рассмотрения административного дела», — в конце концов отступила она. На этом заседание суда закончилось.

Шмаков вышел из зала гордым и непобежденным. Восторженные ученики начали аплодировать своему директору, как только он появился в коридоре. «Берегите своего директора, он у вас золотой! — кричал все тот же мужчина из татарской общественной организации. — Вы — последний татарин из директоров, Павел Анатольевич Шмаков!»

«Я думаю, судья не знает, что делать, — прокомментировал ситуацию Шмаков. — Прокуратура явно сделала много ошибок, прокуратура явно очень сильно торопилась. Их несколько раз поймали за руку на обмане».

«Предметом рассмотрения в суде является законность требования прокуратуры к Шмакову о явке и предоставлении документов, а не порядок проведения прокурорской проверки. Это два разных вопроса и хотя они взаимосвязаны, смешивать их в данном судебном процессе некорректно. Сотрудница надзорного ведомства, требуя предоставления документов и личной явки Шмакова в прокуратуру, действовала правомерно, в рамках предоставленных законом полномочий. По закону эти требования подлежат безусловному исполнению в установленный срок», – объяснил позицию старший помощник прокурора РТ Руслан Галиев.

Галиев подкрепляет свою позицию отсылками к федеральному закону «О прокуратуре РФ», в котором указано, что сотрудник данного надзорного ведомства имеет право при предъявлении служебного удостоверения беспрепятственно входить на территорию помещения (в данному случае – школы), требовать от руководителей необходимую документацию, проводить проверки по поступившим обращениям, вызывать должностных лиц и граждан для объяснений по поводу нарушения закона. Кроме того, как указывает старший помощник прокурора республики, вся запрошенная прокуратурой документация должна предоставляться безвозмездно в течение пяти рабочих дней с момент поступления требования прокурора, а в ходе проверки – в течение двух рабочих дней.

В случае, если лицо в письменном виде объясняет, почему не может предоставить документацию, прокурор имеет право установить иной срок.