Сегодня татарстанская груп­па компаний "Тимбер" - один из крупнейших российских произ­водителей такой инновационной продукции, как деревянные клее­ные конструкции. Компания гор­дится не только современными немецкими технологическими линиями и производственными мощностями, но и высокой ком­петенцией своих топ-менедже­ров. Так, коммерческий директор ГК "Тимбер" Збигнев Малаховски много лет проработал консуль­тантом в ведущих деревообраба­тывающих компаниях Австрии, Германии и России.

-   Г-н Малаховски, как, по-вашему, насколько сильно ев­ропейские подходы к перера­ботке древесины отличаются от российских?

- Знаете, я долго размышлял, почему маленькая Австрия пре­вратилась в мирового лидера в сфере деревообработки. Навер­ное, дело в том, что последние два столетия австрийское госу­дарство активно не участвовало в регулировании лесной отрасли. Эту роль на себя взял рынок.

Начнем с того, что лес здесь является объектом капиталовло­жений со стороны различных ин­весторов. Вообще на Западе ин­вестиции в заводы по переработ­ке древесины могут себе позво­лить лишь те компании, у которых есть гарантированная сырьевая база на будущие, как минимум, десять лет. В итоге сегодня евро­пейский рынок пиломатериалов поделен между вертикально-ин­тегрированными компаниями, объединяющими всю производ­ственную цепочку.

К примеру, когда я работал в компании «Майер-Мельнхов Хольц Гмбх», у нас было три ос­новных поставщика "кругляка". Самый крупный - лесничества князя Лихтенштейна. Доля леса с государственных делянок не пре­вышала и 12 процентов.

Вторым фактором, который способствовал развитию дере­вообработки в Австрии, - это су­ществование постоянного рынка сбыта. Австрийцы на протяжении последних 60-80 лет были глав­ными поставщиками пиломате­риалов и клееных деревянных

конструкций в Италию.

В принципе, аналогично раз­вивалась деревообрабатываю­щая отрасль и в других европей­ских странах - с поправками на местные особенности. Напри­мер, скандинавам не очень по­везло с сырьем {местная древе­сина - с черными сучками и не­большого сечения), но, тем не ме­нее, ИКЕА показала, что и в этом случае можно найти выход из по­ложения.

-   В список стран - лидеров в   области   деревообработки входят и США?

-   Как ни странно, нет. Лесная промышленность развита в Шта­тах гораздо слабее, чем, напри­мер, в Канаде. А поскольку с ко­лониальных времен в Америке принято строить из дерева,   а производство сильно устарело, то американцы значительную до­лю пиломатериалов импортиру­ют. До последнего времени 20 процентов европейских дерево­обрабатывающих мощностей ра­ботали на экспорт в США. Под это было построено несколько огромных заводов. Все шло от­лично, пока в Штатах не разра­зился ипотечный кризис. В итоге сейчас    в    Европе    пятая    часть мощностей оказалась невостре­бованной,   и у производителей возникли серьезные проблемы. Чтобы выправить ситуацию, ев­ропейцы начали мощную экспан­сию в Испанию, идут в Марокко, Иран. И уже есть результаты. Во­обще, на мой взгляд, россиянам следует поучиться у европейцев,

особенно у австрийцев, марке­тингу. Именно австрийцы начали работать с Японией, которая се­годня потребляет один из двух миллионов кубометров изготов­ляемой в Европе клееной древе­сины.

- Неужели в развитых стра­нах настолько популярны кле­еные   деревянные   конструк­ции?

- Европа в последние десяти­летия отходит от индустриально­го стиля, который характеризует­ся использованием в архитекту­ре стекла, железобетона и стали, и все больше обращается к идее создания     комфортной     среды проживания, экологичности жи­лья.   Поэтому сегодня клееный брус для Запада - это повседнев­ный материал, который исполь­зуется как в промышленном, так и в гражданском строительстве.

В основном клееные дере­вянные конструкции ис­пользуются для возведения несу­щих конструкций в объектах мас­сового назначения - концертных залах, аквапарках, спортивных комплексах, мостах и так далее. Помимо этого в Европе из КДК строят даже жилые шестиэтаж­ные дома. Правда, здесь в отли­чие от России клееный брус ис­пользуется не как стеновой мате­риал (европейцы считают, что строить из него - это слишком большая роскошь), а в качестве несущих элементов в сборно-каркасном домостроении.

В России все иначе. Тут, как правило, клееные деревянные конструкции почему-то ассоции­руются в первую очередь с част­ным домостроением. Причем ис­ключительно по индивидуальным проектам. Знаю современное российское предприятие, с по­мощью западных инвестиций и технологий "заточенное" под вы­пуск серийных домов из клееного бруса. Так вот, за всю историю этого завода с его конвейера не сошло и двух одинаковых домов! В России все хотят что-то осо­бенное.

- А что, в Европе наоборот - все производство унифициро­вано?

-    Не совсем так.   В Европе есть крупные предприятия с объ­емом 100-200 тысяч кубометров в год, которые выпускают стан­дартные деревянные конструк­ции. (Для сравнения - объем всей выпускаемой в России клееной

древесины пока немногим пре­вышает 100 тысяч кубометров). Но существуют и заводы, подоб­ные "Тимберу", - с производст­венной мощностью 18-25 тысяч кубометров. Эти относительно небольшие по европейским ме­ркам производства специализи­руются на выпуске нестандарт­ных и сложных конструкций из клееного бруса. Для этого они используют новые виды клея, от­личающиеся более высокой прочностью, работают по инди­видуальным заказам и с различ­ными сторонними проектными бюро.

-   Как вы оцениваете потен­циал рынка КДК в России?

-   Безусловно, этот материал еще не достиг пика свой попу­лярности. Сегодня производство клееной древесины в России пе­реживает переходный   период, который характеризуется как по­явлением    новых   предприятий, так и острым дефицитом специа­листов. У меня всегда вызывало удивление, что в вашей стране принято обращать особое вни­мание на марку оборудования и его современность. Часто слы­шишь от российских лесопромы­шленников: "У меня есть самое современное немецкое оборудо­вание!". Это, конечно, прекрасно, но сразу возникает вопрос: "А вы им умеете пользоваться?". Ведь чем инновационнее оборудование, тем более квалифицирован­ных кадров оно требует. Обору­дование не может работать само по себе, оно лишь элемент про­изводственной цепочки. На мой взгляд, очень правильно поступи­ли на "Тимбере", когда предста­вители немецких инжиниринго­вых компаний, монтировавшие оборудование, обучили весь пер­сонал.

-   В России есть такое важ­ное конкурентное преимуще­ство как лес...

- К сожалению, именно отсут­ствие на рынке леса является другим препятствием для разви­тия деревообработки в стране. С одной стороны, четверть миро­вых запасов древесины сосредо­точена на территории России, ку­да ни глянь - везде леса, а с дру­гой - лесная отрасль здесь на­столько зарегулирована государ­ством, что российские компании лишены доступа к ресурсам и, как следствие, теряют такое пре­имущество, как дешевое и каче­ственное сырье. Сейчас евро­пейский клееный брус дешевле, чем российский. Ситуация про­сто абсурдная.

У большинства частных ком­паний нет стимула для внедрения передовых разработок в леспроме. Классическая российская ле­сопилка - это устаревший лен­точный станок за 90 тысяч рублей и несколько таджиков, которые

его обслуживают. На второй час работы этот станок начинает портить древесину.

Другой парадокс России - здесь в отличие от Европы нельзя гарантированно купить древеси­ну высшего сорта. На ваших ле­сопилках не принято тщательно сортировать сырье по сортам, хотя в Европе это - азы, с которых начинается деревообработка. Можно купить "премиальную" клееную древесину для изготов­ления, например, несущих конст­рукций автомобильного моста с пролетами по 40 метров, а можно - бюджетный брус для строитель­ства дома. Безусловно, разница в цене будет очень значительна - ведь речь идет о совершенно разном качестве.

- Но сегодня наше государ­ство начинает поворачиваться лицом     к    деревообработке. Первым шагом стали загради­тельные пошлины для экспор­та "кругляка"...

-   Да, результаты изменения государственной    политики    мы уже почувствовали. Сейчас про­дукция группы компаний "Тим­бер" производится только из вы­сококлассной пермской и киров­ской ели, которая прежде шла на экспорт. На мой взгляд, эта дре­весина - один из самых лучших материалов в Европе, она отли­чается особой прочностью и ка­чеством. Если к этому прибавить наше    австрийское    сушильное оборудование, комплексную тех­нологическую линию и систему климат-контроля, то продукция получается отличной даже по за­падным меркам. А это очень важ­но: ведь приоритетное направле­ние ГК "Тимбер" - это выпуск не­сущих конструкций, в том числе и криволинейных.

Арслан Минвалеев