Александр Разуваев: «То, что происходит на фондовом рынке, – это полный кирдык!»

Александр Разуваев: «Я и мое поколение создавали российский фондовый рынок. Я сам 15 лет вставал в 5–6 часов утра, работал до 22:00 и часто без выходных. Но не только ради денег. Мы создавали сильный капитализм. И где это все сейчас?» Фото предоставлено Александром Разуваевым

«Я бы оценил экономическое состояние на тройку с двумя минусами»

— Александр Юрьевич, в интервью «БИЗНЕС Online» в феврале 2025 года вы говорили: «Оцениваю примерно на четверку наше экономическое состояние. Мы сохранили те экономические достижения, которые у нас были за 25 лет». Спустя полтора года ваше мнение изменилось?

— Я бы оценил экономическое состояние на тройку с двумя минусами, потому что трещит малый и средний бизнес, а фондового рынка у нас практически нет. При этом у нас более 40 миллионов частных инвесторов, а с семьями — 100 миллионов. Однако Банк России заявил, ему фиолетово, что происходит на рынке акций. Соответственно, все достаточно грустно. Я полностью согласен с Германом Грефом в том, что надо быстрее заканчивать СВО и что горизонт планирования сейчас нулевой. Как я говорю, прошлое — это прошлое, а будущего может и не быть.

— То есть у вас за полтора года настроение с оптимистического сменилось на пессимистическое?

— Прежде всего из-за того, что происходит на фондовом рынке. Извините, но это полный кирдык! И сколько людей потеряло там деньги! Я и мое поколение создавали российский фондовый рынок. Я сам 15 лет вставал в 5–6 часов утра, работал до 22:00 и часто без выходных. Но не только ради денег. Мы создавали сильный капитализм. И где это все сейчас?

Более того, мы видим, как некоторые государственные компании очень плохо относятся к своим акционерам — «РусГидро», ВТБ… И не только государственные. Например, «Полюс» посыпался (акции «Полюса» упали на фоне новостей о временном отказе от выплаты дивидендов — прим. ред.). Все это достаточно грустно.

— В последнее время индекс Мосбиржи просел, фондовый рынок вошел в период глубокого пике. На ваш взгляд, с чем это вызвано? Что произошло с настроениями инвесторов?

— Во-первых, у нас все-таки рынок частного инвестора, иностранных денег нет практически. Люди часто не знают разницу между акциями и облигациями, но покупают. Надеялись на завершение конфликта? Нет его. Надеялись на быстрое снижение «ключа»? Тоже нет. И плюс истории с дивидендами. Все это не радует.

Так получилось, что за последний месяц двое моих ровесников спрашивали у меня, какую специальность выбирать их детям, которые оканчивают школу. Я фондовый рынок им не посоветовал и сказал, что если бы сам выбирал специальность, то это было бы телевидение, МИД или ФСБ. А рынок — это если хочешь какое-то образование получить, знать, как оценивать компанию, как макроэкономика работает. Но не более того.

— Вы сейчас не посоветуете никому выходить на фондовый рынок, покупать акции? Или, напротив, хороший момент купить, пока их стоимость падает?

— Акции дешевые. Если вдруг война закончится, у нас будет нормальный капитализм, то можно заработать, конечно. Но сейчас все достаточно грустно.

В этом году 20 лет IPO «Роснефти», когда одна акция стоила 7,55 доллара. Мой покойный отец тогда покупал. А сейчас это 3–4 доллара. И это же все-таки политическая история. Многие люди, как мой отец, международный гроссмейстер по шахматам, тогда покупали акции «Роснефти», веря в сильную капиталистическую, суверенную путинскую Россию, а не в Россию Ходорковского*. И что?

Сам я в это не попал, так как продал и вышел в плюс. Почти 10 лет назад встретил девушку, которая мне понравилась. А выгул барышни требует денег. Поэтому «Роснефть» пошла под нож, а еще «Аэрофлот», МТС, «Лукойл» и так далее. И слава богу! И акции «РусГидро» я продал не так плохо, как потом торговались. Сейчас бы эти деньги просто обнулились, а так у меня остались воспоминания.

Классический вариант, как в учебнике написано: на 10 процентов зарплаты покупай акции ведущих компаний, и на пенсии тебе будет счастье. Но у нас это не работает. У нас долларовый индекс РТС был 2,5 тысячи летом 2008 года, сейчас он меньше тысячи. Аж просто плакать хочется! И конечно, дело не только в настроениях инвесторов.

А почему наши компании не подготовились к атакам беспилотников? Почему «Газпром» так долго, в отличие от «Роснефти», занимался выходом на китайский рынок? Это первое, что мне приходит в голову. Условно говоря, Алексей Мордашов в «Северстали» сделал все возможное, но она тоже ничего не стоит, потому что дорогой «ключ» и крепкий рубль.

В целом у нас страна жила с приходом Владимира Путина на расслабухе, потом началось то, что началось. Но все проходит. Я надеюсь, и такие времена пройдут.

— Получается, сейчас ситуация на фондовом рынке объясняется кризисом ожиданий?

— Да, потому что люди верили в «Трампусика», мир, приток иностранных денег, снятие санкций. В принципе, даже уважаемые брокеры писали: «Зачем нам нужна Европа? Мы же с ней почти не торгуем. А вот американцы санкции снимут, и все улетит, и все будет хорошо, и будем вместе Арктику бурить, а „Роснефть“ и „Газпром“ будут бурить Аляску». И где это все? Еще говорили об исламском банкинге, заход денег с Ближнего Востока. Ничего этого не произошло, поэтому инвесторы сосут лапу, а дамы полусвета выходят замуж по любви.

«За последний месяц двое моих ровесников спрашивали у меня, какую специальность выбирать их детям, которые оканчивают школу. Я фондовый рынок им не посоветовал» Фото: «БИЗНЕС Online»

«Такого кризиса не было никогда»

— Есть ли смысл искать аналогии нынешней ситуации в прошлом? Или российский рынок сегодня живет по другим правилам?

— Нет, такого кризиса не было никогда. Надо вспомнить 2008–2009 годы, когда ВЭБ вложил 1 триллион рублей в российские акции, и это сильно поддержало рынок. Даже еcли вспомнить дефолт 1998 года, когда государство — банкрот, то быстро пошел отскок. А уж когда Путин стал премьером, то верили в него. Когда Борис Ельцин сказал, что уходит, акции сначала упали на несколько минут («Ой, непонятно, что будет!»), а потом они улетели вверх. Один банкир, который брал меня пацаном на работу, рассказывал, что ему пришлось вечером 31 декабря посадить бухгалтерию — пересчитывать бонусы, потому что все подорожало на приходе Путина к власти, так что люди получили больше. В 2005 году у нас зарплата росла каждый месяц. Когда я уходил в Собинбанк, первый зампред мне сказал: «Саша, если рынок будет развиваться так же, как развивается, если банк будет развиваться, то года через два-три будешь зарабатывать, как в Лондоне. То есть суммарно зарплата плюс бонус около миллиона „зеленых“ в год». И где все это?

Есть, конечно, геополитический вопрос. Я люблю Восток, тюркский мир, я вхожу в международное движение «Новые скифы», московский фонд Льва Гумилева. Но тюркские народы так устроены, что любят победителей. Поскольку мы так долго тянем на Украине, а не как с Грузией пятидневная война, они не видят в нас силу. И это очень плохо.

— Так все-таки есть смысл сейчас заходить на фондовый рынок и покупать акции, пока цены на них снижаются?

— Рискованными деньгами — да. И акции, где будут дивиденды. Например, Сбер и «Транснефть» еще можно купить, независимо от того, что с котировками, вы получите наличку.

— А что думаете насчет того, что некоторые компании решили не выплачивать дивиденды за 2025 год, например КАМАЗ? При этом «Татнефть» дивиденды платит, но для этого ей самой придется заимствовать средства.

— «Татнефть» — все-таки важнейший донор бюджета Татарстана. Все к этому привыкли, и у них выбора нет. Но все-таки я надеюсь, что финансовые результаты за первое полугодие из-за высоких цен на нефть будут хорошими. Соответственно, я надеюсь, что будут хорошие выплаты.

«Если ставку оставят без изменений или поднимут, то все очень плохо будет и с рынком облигаций, и с рынком акций, и с реальным сектором» Фото: «БИЗНЕС Online»

«Хочешь купить от морской свинки до автомобиля ­— клади деньги на накопительный счет и копи»

— Вы говорите о высоких ценах на нефть. Но ведь ситуация в Ормузском проливе непонятная: его то открывают, то закрывают, то войну начинают, то заканчивают.

— Прекрасно — военная премия. И Трамп на этом (он не скрывает) играет. А о законе об инсайде и манипулировании — нет, не слышали. Но для российского бюджета эта ситуация позитивна.

— За первое полугодие 2026 года федеральный бюджет был исполнен с дефицитом 5,7 триллиона рублей, который уже превысил запланированный. Антон Силуанов еще в начале июня говорил, что дефицит окажется несколько выше запланированного. Это критично? Как и чем его покрывать?

— Видимо, ОФЗ хотят пустить и приватизацию. Но по приватизации непонятно, кто купит. И ОФЗ — тоже. Да, у нас долг к ВВП очень хороший. Но на фоне санкций и на фоне того, что все деньги в бюджет и на войну, покупателей не так много. Опять-таки, совершенно непонятно, как Банк России будет вести себя в плане денежно-кредитной политики. Снижение ставки просто необходимо с точки зрения выживания экономики. Да, у моей матушки деньги в депозиты вложены, но все равно это неправильная история. «Ключ» должен быть ниже.

У нас сберегательная модель поведения теперь: хочешь купить от морской свинки до автомобиля ­— клади деньги на накопительный счет и копи. Также я много раз говорил о рациональном экономическом поведении — ходите только в те магазины, салоны красоты и рестораны, где у вас скидка, а первого числа каждого месяца не забывайте ставить галочки кешбэка. Суммарно за месяц у вас набежит не так мало.

— Недавно Герман Греф говорил, что при текущей ключевой ставке «экономика долго существовать не может». А долго — это сколько?

— Согласен. Уже все плохо, ставку надо немедленно опускать. Слава богу, что у Германа Оскаровича хватило смелости все это сказать.

— Следующее заседание совета директоров Банка России по ставке — 24 июля. Как думаете, снизят ставку?

— Надеюсь на снижение даже на 0,5 процентных пункта. Это поддержит рынок. Все остальное будет ударом. Если ставку оставят без изменений или поднимут, то все очень плохо будет и с рынком облигаций, и с рынком акций, и с реальным сектором. ЦБ ждет инфляцию, но как мегарегулятор должен понимать, что творится на нашем рынке. Вообще, мне больше нравилось, когда было разделено — Банк России и федеральная комиссия по ценным бумагам.

— Чем это было лучше?

— Потому что был государственный институт, который отстаивал интересы профучастников и фондового рынка. Как мы видим, до фондового рынка Банку России фиолетово, о чем они и говорят.

— Почему вы ожидаете снижения ставки только на 0,5 процентных пункта? Разве не нужно более стремительное снижение?

— На большее надеяться вообще нет смысла. Если бы я был руководством ЦБ, то на 100 базисных пунктов понизил и дальше на 100. Довел бы процентов до 10 при нынешней инфляции — это нормально.

Потому что у нас большая дельта до сих пор между инфляцией и «ключом». Я считаю, что процентов 10 — это достаточно справедливая история.

«У нас есть все аргументы, чтобы поставить Украину на колени или, как пишут в интернете, закатать в асфальт» Фото: © Алексей Майшев, РИА «Новости»

«Может, случатся перебои, но дефицита, как в начале 1990-х или советское время, не будет»

— Отразится ли топливный кризис на ситуации со ставкой? Ведь он будет провоцировать инфляцию, а это значит, что ЦБ не будет спешить снижать «ключ».

— Топливный кризис — это инфляция издержек. Вы «ключом» не задушите такую инфляцию. Поэтому, с моей точки зрения, ЦБ победил монетарную инфляцию и вполне может снижать «ключ». А победил он ее прежде всего за счет укрепления курса рубля.

— А как оцениваете ситуацию с топливным кризисом: очереди, закрытие заправок и так далее?

— Стыд и позор. Испанский стыд. Ядерная держава позволяет, чтобы вот так ее валяли по полу. У нас есть все аргументы, чтобы поставить Украину на колени или, как пишут в интернете, закатать в асфальт. Я видел в интернете мем, где нарисован Бату в киргизской шапочке, а на заднем фоне горят деревяшки, и написано: «Ну что, русские, теперь вы поняли, почему я сжег Киев?»

То же самое — надо максимально жестко и быстро закончить эту историю. Все разговоры о братском народе и православии пора забыть. Реальность показывает, что украинцы — славянский этнос, европейский, а русские — это наследники Великой Золотой Орды. Мое сердце точно не в Киеве, не в Лавре, а в Сарай-Берке — столице Золотой Орды. Чем быстрее это официально будет сказано, тем лучше.

­— Но ведь это же будет эскалация…

— Это быстро — разбомбить, и все. Сергей Караганов вообще говорил о ядерном оружии.

— Есть мнение, что за топливным кризисом придет логистический, а потом и продуктовый. Может, пора закупать гречку?

— Нет. Возможно, случается перебои, но дефицита, как в начале 1990-х или советское время, не будет, если Украина не разбомбит еще что-то, если не будет совсем обвального падения экономики. Хорошо, что бензин покупаем у белорусов, но с едой сложнее будет. Хотя я прикидывал: Азербайджан, Турция, Иран нам продадут продукты.

«Если СВО закончится, то курс будет 70–75 рублей за доллар»

— Какой рост ВВП по итогам 2026 года ожидаете? Или будет отрицательный рост?

— Я думаю, рост ВВП будет около нуля, но это же просто сделки. Соответственно, о чем мы можем говорить? Главное — фондовый рынок — это богатство нации. А у нас индекс Мосбиржи — минус 15 процентов. То есть мы стали беднее. Мы и так были, в общем, не особо богатые, стали еще беднее.

— Что произойдет с курсом рубля? Ждать ли укрепления или ослабления?

— Рубль имеет политический дисконт, как и рублевые активы. Если СВО закончится, то курс будет 70–75 рублей за доллар. Все остальное — это политика. Поэтому курс и 85 может быть. Тогда очень хорошо покупать золото и «Сургутнефтегаз».

«Недвижимость завязана на демографию» Фото: © Konstantin Kokoshkin / Global Look Press / www.globallookpress.com

— Золото в начале года тоже было волатильным.

— Золото в долларах торгуется. Кто-то из западных банков по 6 тысяч рисует по золоту. Не знаю, так ли. Но то, что вдолгую вложение в золото — хорошее вложение, однозначно.

— А хорошее ли вложение вдолгую в недвижимость в России или, как модно, в Дубае?

— Дубай недавно обстреливали. У нас же очень многое зависит от льготных программ и «ключа». Я бы ни «недвижку», ни акции застройщиков не покупал.

— Почему? Вы думаете, что недвижимость будет дешеветь?

— Там очень много политики. Недвижимость завязана на демографии. Но, опять-таки, если вы хотите роста демографии, то ведь 700 тысяч мужиков за ленточкой. И какая тогда демография? Без мужиков дети не рождаются. Поэтому вопрос как-то надо решать.

— Как оцениваете состояние федерального бюджета? Насколько он устойчив?

— По индикаторам он пока еще устойчив. Но кто купит ОФЗ? Пока желающих нет. Из России все деньги на войну взяты, а иностранцы, даже дружественные, пока что-то не очень хотят. Все очень рискованно, с моей точки зрения.

— Исламский банкинг тоже не взлетел?

— Не взлетел. Да, где-то работает, есть исламская ипотека. Но как что-то серьезное — не взлетел. Я думаю, странам Персидского залива и тем же персам сейчас не до нас.

— Но при этом нам выгодна война в Заливе.

— Да. Что касается каких-то других историй, то, конечно, нет серьезных денег ни турецких, ни азербайджанских, ни узбекских. Хотя всегда говорил, что если 2 миллиарда мусульман вложат по доллару в российский фондовый рынок, то будет неплохо.

— А почему ВЭБ.РФ, как и тогда, не вложит деньги в фондовый рынок?

— У меня такой же вопрос к правительству. Пусть сейчас вложит 2 триллиона. Я считаю, что должна быть государственная финансовая кампания по развитию фондового рынка и повышению капитализации. Вообще не должно быть, наверное, никакой льготной ипотеки. Если люди хотят накопить, то есть банковский счет и акции. Условно, человек покупает акции «Ростелекома» и знает, что через 10 лет они будут стоить намного дороже.

— Но мы с вами уже говорили о кризисе ожиданий. Как можно что-то купить и надеяться, что это вырастет в цене через 10 лет?

— Да, пока так. Но, в принципе, должна быть другая политика государства по теме фондового рынка. То есть должно быть доверие государству. А у нас не то что иностранцы не верят в нашу биржу, так и россияне не верят.

— Криптовалюты — это инструмент для инвестиций или нет?

— Мосбиржа их запускает. Но я считаю, что это до сих пор похоже на луковицы из Голландии. При этом сжигаются электричество, газ, нефтепродукты ради майнинга. Я считаю, что это очень жесткое, варварское отношение к природе. Но все относительно. У нас 25 лет назад ЮКОС варварски относился к своим месторождениям. Слава богу, «Роснефть» все это пресекла.

— Если учитывать геополитические напряжения в разных точках планеты, то вы верите в глобальный мировой кризис?

— Все может быть, и все бывает: и жук свистит, и бык летает. Может быть, персы грохнут Трампа. Кто-то смеялся над тем, что они решили всех западных лидеров ликвидировать. Но ведь в XIII веке была история с ассасинами — это как раз персы, наемные убийцы. Может, они вспомнят опыт предков. Так что все может быть.

— Подведем итоги. Каков базовый сценарий для России?

— Фондовый рынок будет как сейчас, «ключ» станет снижаться медленно, а экономика будет балансировать на грани рецессии. Все останется как сейчас. Наши отвоюют Донбасс, предложат мир, но Украина вместе с Европой не согласятся.

— Какие могут быть оптимистичный и пессимистичный сценарии?

— Оптимистичный: СВО закончится, фондовый рынок вырастет, мы будем более близко сотрудничать с Казахстаном, Беларусью и так далее, вырастут доходы населения, мы вернемся к нормальному развитию капитализма. А пессимистичный — это внедрение элементов плановой экономики, рост социального недовольства, продолжение СВО.